Category: юмор

Category was added automatically. Read all entries about "юмор".

боярин смеётся ("петр первый")

Шутка юмора

Вот такая "мемориальная" табличка висит на фасаде одного из зданий в городе Кирове.
Адрес: Хлебозаводской проезд, чуть севернее перекрестка с улицей Маклина, на стене у входа в столовую хладокомбината.
Поздравляю всех с наступившим Новым годом!

Yes
боярин смеётся ("петр первый")

Староверческая и Безбожник.

На железной дороге Киров-Котлас есть две небольшие станции с интересными названиями - Староверческая и Безбожник. Причем эти станции стоят по соседству. Станция Староверческая была открыта при строительстве железной дороги Пермь-Вятка-Котлас в 1899 году, в поселке при станции жили мурашинские староверы. Станция Безбожник появилась в 1932 году. Любопытно, что Староверческую в 1930-е не переименовали. А тягостное название родом из 1920-х - Безбожник - не стали менять уже в наше время. Так и доныне.

боярин смеётся ("петр первый")

Белуга.

На фотографии: пойманная в реке Вятке у села Вишкиль белуга, 250 кг., 2,5 метра. 1961 год.
В связи с этим я думаю здесь уместен будет рассказ о том, каких размеров белуги водились когда-то в реке Каме, и как на них в старину охотились. Это отрывок из книги Дмитрия Зеленина. Вятка - не Кама, но тем удивительнее, что и в Вятке до 1960-х годов встречались белуги таких размеров, как на фотографии.



 "Против села Котловки дно Камы очень углублено и имеет форму котла, отчего село и получило свое имя. Котел этот имеет до 24 сажен глубины, а в ширину до полуверсты. Верст на 20 выше, против елабужского Чертова городища также очень значительная глубина. Это-то 20-верстное пространство реки и было главным местожительством камской белуги, доходящей иногда до огромной величины - от 50 до 100 пудов.
 Белугу ловили здесь следующим образом. Строилась довольно большая лодка, 4-х или 6-весельная, в которую кладется винтообразно веревка толщиной в два пальца, длиной от 50 и до 100 сажен, с приделанными к ней несколькими петлями. К верхнему концу этой веревки прикрепляется железный крюк в форме уды, длиной в 6 вершков и соответственной толщины; на крюк насаживают приманку для рыбы: теленка-недоноска, какую-нибудь падаль или кусок мяса весом фунтов в 10 и опускают его в реку на довольно значительную глубину, с поплавком - бревном толщиной 5 или 6 вершков, длиной до 2-х сажен. Опущенный таким образом конец веревки задевается петлей за другой крюк, утвержденный в борте лодки.
Завидя приманку белуга бросается на нее и проглатывает вместе с удою. Почувствовав боль она дергает веревку, топит поплавок и начинает сильно двигать лодку.
 Рыбаки тотчас же снимают петлю с крюка на борте лодки, и белуга, кидаясь туда и сюда от боли, разматывает веревку и носит лодку по реке. По временам набрасывают новую петлю на крюк для того, чтобы уда более укрепилась во внутренности животного. Это продолжается до тех пор пока рыба не утомится, не обессилеет и не станет издыхать. Тогда вытаскивают ее на мелкое место к берегу и бьют по голове и по жабрам баграми и другими орудиями до того времени, покуда она совсем не издохнет. Потом уже выносят ее на берег, и если она значительной величины, то не пластают прежде, нежели освидетельствует ее врач и полиция, потому что во внутренности этой рыбы находят иногда и труп человеческий. Охота на белугу, чрезвычайно выгодная, требует однако ж большой ловкости, смелости и присутствия духа.
 М.Косарев передает, что в 1854 году на его глазах поймали в котловке белугу более 5 сажен длины и 73 пуда весом. Г.Немирович-Данченко приводит рассказ одного старика, как однажды в затоне у села Челны поймали белугу. "Совсем князь-рыба. Билась, билась, наконец-таки одолели, вытащили. Потрошить давай, взрезали утробу, а в утробе-то, Господи милостивый, человек, и совсем как есть целый. Проглонула она его, как был в красной рубахе да плисовых шароварах, так в них и остался. И сапоги целые!" (Зеленин. Кама и Вятка. Путеводитель и этнографическое описание Прикамского края. Юрьев, 1904. С.31-33).
Фото отсюда - Одноклассники
боярин смеётся ("петр первый")

"Кикиморская улица и Кособокий переулок остались с прежним названием".

Но дней минувших анекдоты
От Ромула до наших дней
Хранил он в памяти своей.


История известная, но раздел "Дней минувших анекдоты" будет без нее неполным, как же пройти мимо такого брильянта.

21 сентября 1918 года состоялось заседание Вятского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. На повестке дня стоял вопрос "Утверждение проекта переименования улиц г. Вятки”. Проект утвердили единогласно, постановив: “Отныне улицы г. Вятки будут носить следующие названия:
Петроградский бульвар переименован в Красноармейский бульвар (“армейский” зачеркнуто, а над зачеркнутым написано “Питерский”)
Всехсвятская улица - Дерендяева
Луковицкая - 1-я Сов. линия
Богословская - 2-я Сов. линия
Морозовская - 3 -//-
Острожная - 4 -//-
Раздерихинская - 5 -//-
Пятницкая - 6 -//-
Набережная - Горбачева
Преображенская - Энгельса
Московская - Коммуны
Спасская - Дрылевского
Спенчинская - Либкнехта
Владимирская - К.Маркса
Никитская - Володарского
Царевская - Свободы
Николаевская - Ленина
Казанская - Троцкого
Успенская - Урицкого
Копанская - 7-я Сов. линия
Стефановская - 8 -//-
Орловская - 9 -//-
Семеновская - 10 -//-
Кукарская - 11 -//-
Николаевская - 12 -//-
Ивановская - 13 -//-
Пятн. переулок - 14 -//-
Мало-Хлыновская - 15 -//-
Больше-Хлыновская - 16 -//-
Бутырская - Маклина
Пятницкая слобода - Салтыкова-Щедрина
Ивановская площадь - Железнодор. площ.
Александр. площадь - площ. Революции
Кафедральная - Советская площ.
Пупыревская площ. - Большевиков
Театральная - сквер Маркса
Владимирская площ. - борцов за свободу
Кикиморская улица и кособ. переулок остались с прежним названием”.
------------
Текст постановления Вятского горсовета от 21.08.1918 - "Вятский край" 23.09.2008 "Шестнадцать линий вместо улиц. И все Советские"
боярин смеётся ("петр первый")

Пять рублей девке калашнице или Анекдот сенатора Лопухина.

"...Но дней минувших анекдоты
От Ромула до наших дней
Хранил он в памяти своей".

-----

 В 1800 году проведена была сенаторская ревизия Вятской губернии - сенаторами Матвеем Григорьевичем Спиридовым и Иваном Владимировичем Лопухиным. В докладе императору Павлу сенаторы сообщали, что "обвыкнув говорить под Августейшим Престолом Его Величества правду, не можем мы сказать, чтобы какое-нибудь присутственное место или чиновник в губернии Вятской заслуживали представленными быть в особливое благоволение Государево, кроме престарелого губернатора Тютчева, человека честного и правдивого". В другом письме Лопухин сообщал императору о Вятской губернии, что она "золотое дно, из которого ненасытная алчность давно привыкла черпать всякими неправдами". Вследствие такого доклада император Павел повелел престарелого губернатора Тютчева уволить с назначением пенсии, а всех чиновников губернского правления и палат Вятской губернии, кроме служащих казенной палаты, отстранить от дел и предать суду.
 И.В. Лопухин в своих воспоминаниях ("Записках") кроме общего рассказа о ревизии в губернии приводит и анекдот о пяти рублях, подаренных им калашнице. Что из этого подарка вышло, читайте ниже.
 "Надобно только рассказать еще анекдот в той же Вятке лично со мной случившийся, - и смешной - и достойный внимания по отношению к нравам народным.
 В городе Вятке, который тогда по крайней мере похож был больше на богатое село нежели на губернский город, [есть] обычай у поселянских девок торговать калачами, булками, пряниками и всякой мелочью. Оне сидят все рядом в лубочных своих лавочках, которые называются там балаганами, и их несколько десятков, может быть и под сотню. В пеших своих прогулках часто я покупал у них калачи или булки, давая им всегда по нескольку копеек лишних. Однажды, покупая у одной из них, девки лет восемнадцати, не красавицы, однако лица приятного, и приметив из разговора с ней, что она отменно не глупа, подарил я ей на расторжку пятирублевую бумажку. Девка очень обрадовалась. Пять рублей калашнице капитал.
 На другой день поутру сказывают мне, что пришел мужик, имеющий нужду говорить со мной. Я его к себе позвал. Мужик в слезах мне в ноги: "Помилуй батюшка, спаси дочь мою; ты погубил ее - она хочет удавиться или в Вятку (реку) броситься. Вчера ты ей пожаловал пять рублей, так все девки товарки ее, целый день ей житья не давали: "Ты была у сенатора, да и только, за что ж бы ему пожаловать тебе пять рублей?" Дочь моя воит, в удавку лезет, не можем уговорить ее, мать от нее не отходит".
 Смешно правда мне было подозрение меня в таком молодечестве, однако тревога мужика с его семейством была для меня еще чувствительнее. "Неужели ты этому веришь? - говорил я ему. - Да если б дочь твоя была у меня, так я бы ей пять рублей или больше дал у себя, а не в балаганах при всех!" - "Родимый, - говорит мне мужик, - да кто этому поверит! Мы знаем, что неправда - да проклятые-то завистницы ее с ума сводят, а она девчонка молодая, глупая". "Помилуй, батюшка!" - кричит мой мужик, валяясь в ногах.
Collapse )
боярин смеётся ("петр первый")

Как вятские семинаристы публичный дом по бревну раскатали.

Но дней минувших анекдоты
От Ромула до наших дней
Хранил он в памяти своей.

А.С. Пушкин.

В этом рассказе примечательно всё: семинарское братство (и в целом семинарские нравы), оборона полицией дома терпимости, победа семинаристов в битве с полицейскими (силы вероятно были слишком неравными), разбитое на бревна здание борделя, реакция губернатора на происшествие и проч.

"Он [этот случай] был осенью 1834 года, то есть за полгода до моего приезда в Вятку.
Семинария от города в полуторе версты. На дороге, между семинарией и городом, стоял домишко, в коем привитала нравственная гадость... притон непотребных женщин.
Один гадкий ученик был здесь; не расплатился, и был ограблен.
Он пожаловался на это своим сотоварищам-буянам. Собралась партия. Хотели взять домишко приступом. Но там видно это предвидели: запаслись полицейскими. Вместо победы ученики сами попались в западню. Схвачено было из них два или три человека.
Разнеслось это по семинарии (между учениками). Ринулись полсеминарии к этому домику для выручки своих. Началась уже не шуточная баталия. Семинаристы победили. Своих выручили, полицию избили, даже (это ужасно!) раскатали весь домишко по бревнышку.
(Да, именно так, ибо я еще видел его развалины.)
Это вышел уже чистый разбой.
Губернатор пришел в негодование; хотел писать к Государю, требовать полк солдат и хотел заарестовать всю семинарию.
Преосвященный Иоанникий перепугался (и есть чего), тем паче, что в этой шайке разбойников из главных был его племянник. Даже едва ли не он был и тот первый, из-за которого вышла вся эта история. Спасибо губернатору. Преосвященный его уговорил; и дело это подавлено в одной Вятке.
Мне довелось только исключить десятка полтора из этих буянов."
-------
ТВУАК. 1913 год. Выпуск I-II. Вятка. 1913. Из записок преосвященного Никодима Казанского. Отдел III. с.70
боярин смеётся ("петр первый")

Вятский анекдот или Как строилась семинария.

Но дней минувших анекдоты
От Ромула до наших дней
Хранил он в памяти своей.

А.С. Пушкин.

  Почему, спрашивается, хранил? А потому, что лучше всего запоминаются, - вот и хранил.
"Дней минувших анекдоты". В русском словоупотреблении XVIII и нач.XIX вв. анекдот - короткий и яркий исторический рассказ, обычно достоверный.
----------
 Из записок Никодима Казанского*, глава "Жизнь в Вятке": "Забавно происхождение семинарии и ее построек. Сначала семинария помещалась в Успенском монастыре, где я и был настоятелем, в самой Вятке. Здания семинарии, кажется, были слишком незавидны. Часть их ныне составляют монастырские конюшни.
  Один вятский архиерей, кажется, был Гедеон** (в конце прошлого столетия и в начале нынешнего) начал строить для себя за городом на своей земле действительно огромный дом***. Деньги на это он брал из кафедрального собора. Протоиерей собора пришел оттого в досаду, написал жалобу Синоду: "Наш архиерей строит себе увеселительные загородные дома на суммы церковные, а собор без ризницы и украшений". Синод архиерею - запрос. Преосвященный струсил, но повиниться не смел и придумал казус. Он отвечал: "Не так, отцы святые, протоиерей лжет. Я строю семинарию, а не увеселительный дом для себя. Семинария наша помещается в монастырских весьма бедных и жалких зданиях. Я строю новую на своей земле".
  Вместо огорчений Синод обрадовался. Преосвященному - благодарность и орден.
  Это поставило преосвященного в самом деле в крайность строить семинарию. Он и начал ее строить и именно выстроил корпус, что ныне с правой стороны от въезда в семинарию.
  Он однако выстроил и для себя дом, именно тот самый, который теперь стоит прямо при въезде в семинарию, и о котором подана протоиереем жалоба в Синод.
  Этот дом был архиерейским до преосвященного Кирилла. Сей в 1828-31 годах подарил его семинарии.
  Продолжу дальше.
Collapse )
боярин смеётся ("петр первый")

(no subject)

Друзья, а поди из вас кто знает какие-нибудь анекдоты о вятских? Ну пусть и советского времени, вроде "уеду, затужу, ..., завою", но, конечно, матерных не надо. Ведь вещь-то живучая, наверняка, все что-то да слышали. Или интересные варианты старых анекдотов - чё-нить про корову на бане. Расскажите.
боярин смеётся ("петр первый")

Анекдоты о вятчанах (по Д.Зеленину и не только...)

Как сказка - мир. Сказания народа,
Их мудрость тёмная, но милая вдвойне,
Как эта древняя могучая природа,
С младенчества запали в душу мне...

                               Николай Заболоцкий, 1937 г.



1. Вятчане - слепороды (ротозеи), "вятская ворона".
Вячькой слепень наехал на пень, да и кричит:
 - Своротитё!

2. Медвежатники вели медведя, а слепороды подумали, что иконы несут.
 - Эй, будё, Ванчё, полезай на каланчё: будё Богородичю ведут!
Ванчё смотрит вдаль, а потом кричит вниз:
 - В енотовой шубе, да и кольчё в губе!
Да и давай звонить во все колокола.

3. Вятчане - толоконники. "Вятчане, где-то недалеко от города Котельнича, хлебали на реке Вятке толокно. Дело было так. Шел зимою по реке Вятке прохожий хлын (хлыновчанин - Е.В.), в сером азяме. Шел он из города Вятки. А было это в то время, когда город Вятка назывался Хлыновым. И вот вздумал хлын пообедать. Для этого он тут же на льду, вблизи проруби, выдолбил ножом ямку (колужинку), наподобие чашки, и своей "рукавичей зачерпнул из проруби водичи", которой и наполнил ямку; насыпал затем "толоконча", разболтал и, прикусывая ярушником, хлебал толокно.О ту пору ехали мимо мужики, везли толокно. Завидев земляка, извозчики остановились.
 - Щё, дядя, поделываешь?.. Ликося, толокончё хлебаешь? Хлеб да соль!
 - Милости прошаем, - ответил серый азям, а сам знай ложкой только "зафуфыривает".
 Разманил азям извозчиков, сняли они свои "малахаи" и почесали затылки. Им тоже захотелось "толоконча". Но их была целая артель, а, стало быть, и чашка должна быть большая; однако они не задумались. Не долго думая, они всыпали в прорубь целый мешок толокна, благо ложки у каждого были, разболтали кнутовищем и попробовали хлебнуть, но хлебать было нечего: толокно пошло ко дну. Тогда они всыпали другой мешок, который также пошел ко дну. А хлын в азяме в это время покончил со своим толокном, снял шапку и помолился на восток.
 - Кма ли высыпали? - спрашивает он.
 - Два мешка, - ответили мужики, почесывая затылки.
 - Ликося, какова мерека ухлопали, - сказал азям и пошел своей дорогой.
 Долго толковали извозчики, как быть, и один из них, недолго думая, взявши ложку, нырнул в прорубь.
 - А ведь он один там толокно-то слачет, - решили мужики, и, взяв ложки, один за другим нырнули в прорубь..."

4. Вятчане поросёнка на наседала (на насест) сажали:
 - Чепись, чепись, не то падёшь! Курича о двух ногах, да чепиччя...

5. Вятчане колокол из лыка плели. "Щё это он не звонит: шлык да шлык?!" - А он сшит из лык. - Давай дальше за веревку дергать. Колокол с колокольни упал, да на крапиве повис.

6. Вятчане пришли в Казань и дивятся на высокую колокольню.
 - Больно колокольнича-то высока! Как это хрест-от воткнули? - недоумевает один.
 Другой отвечает:
 - Как воткнули: колокольничу-то нагнули, да хрест-от и воткнули. Отпустили, она и сбрындила!

7. Вятчане всемером стреляли из ружья, купленного вскладчину. Все взялись - кто за приклад, кто за дуло. Одному места держаться не хватило, он промолвил: "Чать, и моя денежка не щербата!" и засунул палец в дуло.

8. Попали вятчане в Москву. Пришли в Кремль. Смотрят на Ивана Великого. "Эсколь-от баска колокольнича!" Задумали перетащить Ивана Великого к себе в деревню. Обмотали веревками и потащили; а когда при этом лапти у них скользили по льду Москва-реки, они весело покрикивали: "Подаетча, братчи, подаетча! Понатужь крепчае!"

9. "Был вятчанин в Казани. Захотелось ему купить сахару. Зашел в лавку, а как сахар-то звать, и забыл. Объяснял, объяснял, но все-таки его поняли неладно и дали вместо сахара стеариновую свечу. Мужик думает, что это и есть сахар, грызет, грызет: "Мяхко, а не кусацця?!" После наш Ваньчё всё и вспоминал про Казань: "Да щё это у них, в Казани-ту, и за сахар! Ись ево неловко, в серодках - веровка!"

10. Вятчане корову обули. Перед тем, как зимой украсть корову, одели ей на копыта лапти - чтобы замести следы.

11. Слобожане (жители города Слободского Вятской губернии) - грободеры, или жидокопы. Один слобожанин будто бы откопал труп еврея, полагая, что евреев хоронят с деньгами.

12. Они же, слобожане - мертвокрады. Будто бы в Слободском в старину был такой случай. "К ограде Екатерининской церкви была привязана лошадь с санями. Это подгородный крестьянин привез хоронить маленького покойника, гроб с которым и находился в санях под рогожей. Местный конокрад думал, что тут лежит добро получше и, пока мужичок ходил по духовным, не долго думая, сел в сани и был таков. Пришли хоронить покойника, - ан его и след простыл... Только на другой день нашли где-то на дороге гроб с покойником, а лошадь с санями так и не нашли..."

13. Молотниковские турки.
"В последнюю русско-турецкую войну, в окрестностях села Молотникова (что неподалеку от города Котельнича), в июле месяце, во время страды проходили рабочие с какого-то завода в числе 50-100 человек. Зайдя по пути в деревню, они попросились ночевать, на что последовал отказ. Рабочие повторили свою просьбу и между прочим сказали, что де "мы ведь не турки". Услышав страшное имя "турки", оставшиеся домовничать старики и дети поняли дело так, что прохожие и есть турки; побежали в поле, где работали остальные члены семейств, и сообщили там, что в деревню пришли турки.  Известие это произвело всеобщую панику. Все побросали свою работу и собрались в деревню. Турок не находили. Но известно, что "у страха глаза велики": началось поголовное бегство крестьян и вооружение орудиями крестьянского инвентаря, ввиду неожиданно появившегося неприятеля. Были даже случаи самоотверженного патриотизма. Рассказывают, как один крестьянин, приехав с мельницы с возом муки и узнав о нашествии неприятеля, рассыпал свою муку по улице, схватил топор и с криком: "Ну, мой Бурко, не доставайся туркам!" зарубил свою лошадь..."

14. Идет Первая Мировая война. Взрывается снаряд. Воронка. В нее прыгает русский солдат. Взрывы продолжаются. В ту же воронку прыгает другой русский солдат. Закурили.
 - Ты откуда родом?
 - Да я с Вятки.
 - И я с Вятки!
 - Это ж надо, а! Война - мировая, а воюют одни вятские!

15. Приходит уроженка Ярославля на прием к врачу ("к фершалу") в Кирове. Врач что-то пишет и, не отрываясь от бумаг, говорит строго:
 - Разбалакайся*.
 "Я понять не могу - что он сказал? Наверное: "Располагайся". Ага, ну села, значит, на стул, сижу. Он - опять:
 - Разбалакайся!
Ну я думаю: "Он, поди, не заметил, что я уже сижу?" И говорю:
 - Спасибо, я уж села.
 - Что сидишь?! Одежду снимай!"
* Разбалакаться  - по-вятски: снимать одежду, от "разоблачаться".

--------------------------------------------------------
  Источник:
Д.К. Зеленин. Народные присловья и анекдоты о русских жителях Вятской губернии. Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1905 год. Вятка, 1904. Раздел 2-й. С. 1-52.
боярин смеётся ("петр первый")

Анекдоты из жизни преосв. Макария (Миролюбова).

Сразу хочу сказать, что я употребляю здесь слово "анекдот" в старинном русском значении этого слова, то есть просто "занимательная история о каком-нибудь известном человеке, вовсе необязательно с задачей его высмеять". Ниже приведенные случаи из жизни архиепископа Макария - часть прекрасных воспоминаний о владыке в бытность его вятским архиереем (1885-87 гг.), принадлежащих перу жены секретаря Вятского губернского статистического комитета Н.А. Спасского Лидии Николаевны Спасской.

1. Когда губернатор А -- н (Анисьин А.Ф. - мое примечание) выдавал свою дочь за полковника Н--го, то супруги А--ы, чрезвычайно чтившие преосвященного, привезли к нему помолвленных, прося для них архипастырского благословения. Исполнив их просьбу, владыка, поздравляя невесту, сказал:
 - Молодец Варя! И под Плевной не была, а полковника получила!

2. Однажды, объезжая епархию, преосв. Макарий приехал в одно село, и, когда ему представлялся местный причт, то дьякон, накануне весело справивший свои именины, неизвестно к чему вдруг сказал:
 - А я, Ваше Преосвященство, вчера был именинник.
 - Уж молчи, - отвечал владыка. - Я это вижу по твоему лицу...


Collapse )